Статьи

В январе 1981 г. в должность президента США вступил Р. Рейган. Он пришел в Белый дом на волне подъема шовинистических консервативных настроений, умело подогретых средствами массовой информации, обыгры­вавшими тему «бессилия Америки», «советской военной угрозы», «угрозы сырьевого, в том числе энергетическо­го, голода», «недопустимой уступчивости» США требованиям развивающихся стран и т. д.

Одним из ключевых пунктов внешнеполитической платформы республиканцев было обещание «восстано­вить военную мощь Америки» для того, чтобы получить возможность разговаривать с СССР, а также и с соб­ственными союзниками с позиции силы. От слов адми­нистрация Рейгана не замедлила перейти к делу. Она объявила о том, что за пять лет (1982—1986 гг.) наме­тила израсходовать на военные приготовления 1,5 трил­лиона долл., причем 15% этой суммы — около 222 млрд. долл. — пойдут на дальнейшее наращивание и совер­шенствование стратегических ядерных сил США,

2 октября 1981 г., выступая в. Белом, доме, Рейган изложил  свою программу совершенствования стратеги­ческих сил США. Новыми элементами этой программы явились два момента. Во-первых, было решено восста­новить производство стратегического бомбардировщика В-1 (отмененное Картером) и развернуть начиная с 1986 г. 100 таких бомбардировщиков усовершенствован­ной модели. Во-вторых, было отложено окончательное определение метода базирования ракеты MX. В связи с этим президент отменил картеровский план строи­тельства 4600 укрытий для этих ракет в двух штатах. Среднего Запада.

Приход к власти в январе 1977 г. адми­нистрации демократической партии во главе с прези­дентом Дж. Картером не привнес чего-либо существен­но нового в военно-политическую доктрину США. Президент поручил министру обороны Г. Брауну продолжать делать ставку на сохранение Соединенными Штатами способности к нанесению «не­приемлемого ущерба» противнику путем ответного уда­ра (Даже если по США будет нанесен первый ядерный удар). Вместе с тем перед вооруженными силами США была также поставлена задача иметь способность к выборочным ядерным ударам.

Таким образом, речь, по сути дела, шла о дальней­шем развитии Стратегии «гибкого реагирования», кото­рая с 1961 г. фактически и является стратегией США, несмотря на то, что администрация Никсона переимено­вала ее в стратегию «реалистического сдерживания», а администрация Картера — в стратегию «компенсирую­щего противодействия».

В своих выступлениях, посвященных проблемам стра­тегии и строительства вооруженных сил США, Браун подчеркивал, что Соединенные Штаты будут стремить­ся к сохранению принципиального равновесия с СССР в области стратегических вооружений. Поддержание та­кого равновесия требует, по утверждению Брауна, вы­полнения четырех общих условий:

«1. Советские стратегические ядерные силы не дол­жны становиться используемым инструментом полити­ческого воздействия, дипломатического нажима или во­енного превосходства;

  1. Должна поддерживаться ядерная стабильность, особенно в случае кризиса;
  2. Любые советские преимущества в (тактико-техни­ческих) показателях стратегических сил должны ком­пенсироваться преимуществами США в других такого рода показателях;
  3. США не должны уступать Советскому Союзу — ни в действительности, ни в чьем-либо представлении— в силе своих стратегических позиций».

Представленная Шлесинджером концепция «ограниченной войны» была дальнейшим развитием контрсиловых аспектов стратегии Вашингтона, стремлением американского руководства тем или иным образом вырваться из сковывающей свободу их дейст­вий ситуации стратегического ядерного паритета между СССР и США.

В свое время, когда США были монополистами на атомное оружие, и даже в первое десятилетие после ликвидации американской атомной монополии, когда американские руководители считали, что Соединенные Штаты обладают гораздо большим, чем СССР, числом как ядерных бомб, так и эффективных средств достав­ки ядерного оружия, они не ставили вопроса ни о каких ограничениях на ядерную войну.

Массированные бомбардировки центров промышлен­ности и населения противника рассматривались в каче­стве основного способа использования ядерного орудия, рассчитанного на то, чтобы сломить волю противника и выиграть войну. Однако после того как у другой сто­роны — СССР — появились не менее эффективные средства доставки ядерных зарядов на цели в США, американские стратеги и официальные лица принялись добиваться теоретических ограничений на стратегическую ядерную войну. Этого, как считается, можно достигнуть путём исполь­зования стратегических ядерных сил не против гражданских объектов, а против командных постов, ракетных іііахт, авиабаз баз подводных лодок, военных складов, концентраций войск. Именно такого типа обмен ядерными ударами предусматривался «доктриной Шлесинджера». Выдвигая тезис 6 перенацеливаний стратегических сил США с гражданских на военные объекты в СССР, американ­ское руководство как бы давало понять Советскому Со­юзу: в случае если дело дойдет до обмена ядерными ударами, США, мол, не будут стремиться к чрезмерным разрушениям и жертвам на территории другой стороны, а будут выводить из строя лишь ее вооруженные силы и военные объекты.

Новое на сайте